ПРЕССА

Интервью с Анной Башенковой

Анна Башенкова - выпускница Щукинского училища, актриса театра п/р А. Джигарханяна и режиссер уникального в своем роде театра - театра неслышащих актеров "Недослов". Спектакль "Прикосновение" этого театра включен во внеконкурсную программу II Национального фестиваля "Музыкальное сердце театра". Мы встретились с Анной в перерыве между спектаклем в театре п/р А. Джигарханяна и прогоном в театре "Недослов".

- Анна, вы, в первую очередь, все-таки актриса, расскажите, пожалуйста, про свою работу в театре п/р А. Джигарханяна.

- В 1999 году я закончила Щукинское училище. Еще во время учебы в театральном училище меня взяли в труппу театра п/р А. Джигарханяна. С тех пор я играю в этом театре. Теперь еще ставлю спектакли. Вот, недавно поставила детский спектакль "Красная шапочка". Сейчас работаю над спектаклем "Гедда Габлер" по Ибсену.

- Для кого проще играть и ставить спектакли, для детей или для взрослых?

- Для взрослых проще. Для детей нужны абсолютно точный материал и абсолютная вера. Дети более чувствительны и воспринимают ложь и неправду очень близко к сердцу. Надо очень вкладываться в детские спектакли.

- Анна, каков был ваш путь от актрисы к режиссеру?

- Я еще училась в Щукинском училище, и наши педагоги преподавали в специализированном институте искусств. Он основан на первом, еще экспериментальном выпуске. Был набран курс неслышащих студентов на актерский факультет, и они выпустились с огромным успехом. Это был параллельный курс, когда выпускались Маковецкий и Рутберг. На основе этого курса решили сделать институт, и этому институту уже 10 лет. У меня родители не слышат, поэтому я знаю жестовый язык, это мой родной язык. И когда педагоги об этом узнали, то ко мне подошли после выпуска и сказали: "Пару лет ты поработай и потом приходи к нам". Я сначала отказалась, потому что мне хотелось работать в театре. Но раздался звонок, и, не смотря на катастрофическую нехватку времени, я все-таки пришла. И мне стало так с ними хорошо, что я осталась и стала с ними работать. Мы поставили дипломный спектакль по повести "Чайка по имени Джонатан Ливингстон". Спектакль называется "Крылья" или "Крылья даны всем". Ребята выпустились и оказались на улице. Театр Мимики и Жеста разваливается, потому что там абсолютно не нужны артисты. Спектакли идут, дай Бог, раз в месяц или раз в два месяца. Ребята оказались на улице, но они хотели заниматься театром. И мы подумали, что надо создать свой театр.

- Кто был главным инициатором?

- Я не одна была инициатором этого всего, был еще с первого выпуска Щукинского училища Мартьянов Саша. Весь его курс разъехался по Канаде, по Америке, он фактически единственный, кто остался в России. Он преподает жестовую речь. У него идеальные руки, безумно красивые, и он занимается с ребятами жестами. Он мечтал о театре, таком театре, который будут понимать все. Еще была Катя Мигицко, хореограф, артистка Ленкома. Мы решили создать театр своими силами на основе этого курса. Из курса сейчас осталось человек пять, потому что ребятам приходится очень тяжело, у нас нет своей площадки. Хотя мы оформились официально, и у нас есть ООО "Недослов", но нет официальной зарплаты. Спасибо огромное меценатам и спонсорам, которые просто дают ребятам деньги, помогают.

- Помимо курса Щукинского училища приходили еще артисты?

- Да, в наш театр стали подтягиваться артисты Театра Мимики и Жеста, говорили, что хотят работать. Вместе с ними мы сделали второй спектакль - "Handmade" ("Сделано руками"). Первая часть - чисто пластическая, танцевальная, жестовая. Вторая - по трем повестям Злотникова: "Пришел мужчина к женщине", "Два пуделя" и "Бегун и йогиня". Потом было "Прикосновение". Сейчас готовим еще один спектакль "Хаджа Насреддин".

- Вы ставите чисто пластические спектакли?

- Мы пытаемся сделать универсальный театр. Мы не хотим пользоваться сурдопереводом., чтобы артист говорил руками, а тетенька с микрофон озвучивала, потому что возникает несоответствие голоса и образа. Поэтому у нас пластические спектакли, которые поймут все, в том числе и иностранцы. Такие, в своем роде, интернациональные спектакли. И у нас получается. На мой взгляд и на взгляд многих, даже Армена Борисовича Джигарханяна, который приходил на спектакль. Я ему очень благодарна, он тоже обещал чем-то помочь.

- Какова методика работы с неслышащими актерами?

- Мы общаемся на жестах. Они немного лучше нас, не потому, что они не слышат, им не нужны слова, больше - эмоции. Ни один здоровый артист не может так сыграть, как играют глухие. У них такая энергетика, они все передают эмоциями, движениями, танцами. Они замечательно двигаются под музыку. Спектакль "Handmade" шел под фонограмму, и ребята работали под счет, и им приходилось еще следить за переводчиком, который отсчитывал им восьмерки и четверки. А в "Прикосновении", спектакле, который попал на фестиваль, мы уже подумали, что как же тяжело артистам подстраиваться под музыку. Кроме того, что им надо сыграть, видеть партнера, им еще нужно видеть переводчика, который считает. Мы решили сделать эксперимент - живой оркестр, который подстраивается под артистов. По-моему, эксперимент удался, так что надо его развивать. Артисты не задумываются, попадают они в такт или нет. Это замечательно, это просто здорово.

- Спектакль "Прикосновение" номинирован в этом году на фестивале "Музыкальное сердце театра", расскажите поподробнее про этот спектакль. Спектакль поставлен по мотивам ранних рассказов Г.Маркеса. А какие именно рассказы задействованы?

- Мы, на самом деле, очень долго думали насчет материала. Чтобы передать всю эту органику Маркеса, все его фантасмагории, сон, явь, реальность, нереальность. Мы взяли три ранних рассказа Маркеса: "Глаза голубой собаки", "Набо - негритенок, заставивший ангелов ждать" и "Женщина, которая приходит ровно в шесть". Мы сложили это все в одну историю. Три совершенно разных рассказа, но мы их соединили. История такова, что люди встречаются в одном месте, они пересекаются, но друг друга не замечают. Они пересекаются, и у каждого из них своя история. Их сталкивает судьба, но они не хотят этого. Им это не нужно, у них куча своих проблем. Они не хотят вкладываться в проблемы другого человека. Когда их сталкивают, то уже поздно. Предчувствие, некое присутствие Бога мы обозначили двумя ангелами. Они все время присутствуют в спектакле, в жизни этих людей, и дают им сигналы. Упала швабра - человек думает, что она просто упала, а на самом деле это был сигнал, что не надо этого делать. И только перед смертью человек видит ангела, но уже поздно.

- Как спектакль попал на фестиваль "Музыкальное сердце театра"?

- У нас есть замечательный человек по фамилии Калантаров, он пришел на спектакль "Крылья", ему очень понравилось, и он пригласил нас на фестиваль "Золотой витязь". Мы не ожидали такого фурора. Нам пришлось играть два спектакля в один день. Зритель был в восторге. Нам сказали, что если бы мы участвовали, то обязательно получили бы "Золотой витязь". Но нам дали премию за лучшую женскую роль и за лучший спектакль. И этот же человек занялся фестивалем "Музыкальное сердце театра", и вот нас пригласили. Хотя, насколько я знаю, очень многие спектакли хотят участвовать.

- В чем, на ваш взгляд, основная заслуга спектакля "Прикосновение", что его включили в программу Фестиваля?

- Я приглашаю всех прийти посмотреть этот спектакль 16 февраля, тогда, думаю, все смогут ответить на этот вопрос. Потому что это надо смотреть, потому что такого театра нет. Это удивительно. У нас единственный институт во всем мире, где готовят профессиональных неслышащих артистов. И там выпускаются замечательные артисты. Только сейчас с помощью меня и моих коллег артисты нашего театра "Недослов" начали сниматься в кино. Наконец-то слышащие перестали играть глухих. И вот недавно у меня снималась одна артистка, Хохлова Наталья. Она играет одну из главных ролей в "Прикосновении". Снималась она в сериале "Скульптор", режиссер - Дмитрий Евский. Вся съемочная группа была в восторге от таланта, от того, что она может сделать, и дописали еще 5 серий с участием Наташи. Там ничего не надо играть. Там надо жить. Глазами, душой. Мы привыкли к тому, что у нас много слов, а там слова не нужны. Когда приходишь на наши спектакли, удивляешься, как много мы говорим, просто говорим, пустоты. А тут можно вообще ничего не говорить - посмотреть друг на друга и понять.

- В этом институте была создана определенная методика работы с глухими студентами?

- Точно та же методика, что и в Щукинском училище. Только вместо сценической речи жестовая речь. Пластические и классические танцы, джаз-танец, сцен.движения, сцен.бой. Там преподают разные педагоги Щукинского училища, замечательные педагоги.

- Каким образом педагоги общаются с неслышащими студентами?

- Через переводчика. Исключение - я, хотя, наш сорежиссер Катя за полгода выучила жестовый язык. Жестовый язык - это психологический язык. Все спрашивают: это международный язык? Нет. У каждой страны свой язык, потому что разный менталитет. - Что для вас, как режиссера, значит включение в программу фестиваля?

- Мы, безусловно, рады. Конечно, хотелось бы участвовать не только в неконкурсной, но и в конкурсной программе, потому что я считаю, что уровень у нас достаточно высокий. Но нам очень приятно, что нас пригласили участвовать в программе фестиваля. И ребятам это важно. Каждый раз, когда они играют, они живут. У них у всех семьи, дети, они не могут театром обеспечить себя, и им приходится работать совершенно не по профессии. Кто - грузчиками, кто - на заводе. Кто чем может. Но когда - спектакль, они меняются, освобождаются, репетируют, они любят это и мечтают зарабатывать на хлеб другим путем, не таская мешки.

- Анна, как режиссер, какой спектакль вы бы хотели поставить с театром "Недослов"?

- Я бы хотела поставить одноактные пьесы Уильямса: "Поговори со мною, словно дождь", "Несъедобный ужин". Там тоже такая философия - полное одиночество. Даже когда люди вместе, они одиноки, они друг друга не понимают, а друг без друга не могут. Сейчас мы хотим поставить детский спектакль. Сейчас очень большая проблема образования глухих. Поэтому мы хотим сделать "Хаджу Насреддина" на жестовом языке для детей, чтобы дети ходили.

- Анна, я желаю удачи вам и вашему театру. Надеемся, что участие в программе Национального фестиваля "Музыкальное сердце театра" привлечет к вашему проекту внимание и зрителей и спонсоров. Побольше прекрасных спектаклей. И, может быть, в следующем году вы будете участвовать уже в конкурсной программе фестиваля.

Беседу вела Шеломанова Лилия. (08.02.2007)
http://www.loja.ru/news/interview/2007/02/236.html